Смерть по неосторожности ук рф врач

«Опасная статья УК РФ»

В уголовных делах в отношении врачей наметилась опасная тенденция – стала формироваться практика привлечения врачей к уголовной ответственности по ст. 238 УК РФ «Производство, хранение, перевозка либо сбыт товаров и продукции, выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности». Как правило, медицинские работники привлекаются к уголовной ответственности по п. «в» ч. 2 данной статьи, а именно – выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности, если они повлекли по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью либо смерть человека».

Данная статья предусматривает до шести лет лишения свободы и содержит состав тяжкого преступления, в отличие от «любимых статей» УК РФ, обычно возбуждаемых против врачей – ст. 109 часть 2 (причинения смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей) и ст.118 ч. 2 (причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности, совершенное вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей) – статей небольшой тяжести.

До недавнего времени, среди инкриминируемых врачам составов преступлений, наиболее ходовой статей была ст. 109 ч. 2 УК РФ. Хотя Следственный комитет РФ озвучивает лишь общую статистику – в 2017 году против врачей было возбуждено 1791 уголовное дело, но эксперты сходятся в оценке, что наиболее часто дела возбуждались именно по 109-ой статье УК.

Андрей Ковалев, директор Российского центра судебно-медицинской экспертизы Министерства здравоохранения России на недавней научно-практической конференции по уголовным делам о профессиональных преступлениях, совершенных медицинскими работниками», назвал 238-ю статью «немой», подразумевая, что врач не является субъектом этой статьи.

Однако практика показывает, что «немая» статья заговорила и стала звучать все громче. Врачей начали привлекать по этой статье и, конечно, самым резонансным стало дело врача Елены Мисюриной, когда статья 109-я, которая была инкриминирована вначале, была заменена на 238-ю статью. Дело в том, что срок давности по таким преступлениям составляет 10 лет (в отличии от, например, статьи 109 УК РФ срок давности которой составляет всего 2 года), что и привело к изменению обвинения в деле врача-гематолога.

Откуда же «растут ноги» применения этой уголовной статьи в отношении врачей и потеснит ли она «ходовые» 109 и 118 статьи УК РФ?

Как считают эксперты, в целом растущая «популярность» применения статей УК вместо гражданских исков по отношению к медицинским организациям вполне объяснима. «Нередко руководству медучреждения проще переложить уголовную ответственность на врача, чем медицинской организации платить пациенту или его родным в рамках гражданского судопроизводства. По уголовным статьям – ответственность личная», – говорит президент Национального агентства по безопасности пациентов и независимой медицинской экспертизе, Алексей Старченко. Объяснимо и то, что наиболее часто против врачей возбуждались дела по 109 и 118 статьям УК. «То, что называют врачебной ошибкой, которая приводит к негативным последствиям в виде причинения тяжкого вреда здоровью, либо смерти, всегда квалифицируется как преступление с неосторожной формой вины, – комментирует Иван Печерей, медицинский юрист, доцент кафедры судебной медицины и медицинского права МГМСУ им. И. А. Евдокимова, – конечно, врач, оказывая медицинскую помощь пациенту, не хочет наступления негативных последствий, не хочет убить или причинить тяжкий вред здоровью. Поэтому, если врач совершает какие-то ошибки, он совершает их не с прямым умыслом, он совершает это по неосторожности. Соответственно, 109-я статья – это одна из наиболее ходовых статей в отношении медицинских работников».

Что касается статьи 238-й, то как говорит Иван Печерей, за нее, как правило, к ответственности привлекаются руководители предприятий как должностные лица. Соответственно, если уж и применять эту статью к медицинских работникам, то надо было бы ее применять к администрации медицинской организации, к главному врачу и иже с ним, потому что услуги «не отвечающих требованиям безопасности» оказывает не доктор, услуги оказывает организация. Это общая правоприменительная практика.

«Еще интереснее то, что субъективная сторона преступления по данной статье характеризуется прямым умыслом, что подтверждается мнением ряда авторов комментариев к Уголовному кодексу Российской Федерации. Прямой умысел заключается здесь в том, что врач видит, что нарушает правила безопасности, осознает, что он их нарушает, и сознательно оказывает услуги с несоблюдением требований безопасности, а не в том, что он хочет причинить вред. Это означает, что лицо, совершающее преступление, знало о том, что его действия приведут к общественно опасным последствиям, предвидело возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желало их наступления (ст. 25 УК РФ). Типичная ситуация предполагает другую форму вины — неосторожность, когда врач уверен, что все делает правильно. Вывод, который можно сделать из этого – статья 238 УК РФ не применима к медицинскому работнику, поскольку содержит в себе состав преступления с прямым умыслом, заключающимся в осознанном совершении действия, представляющих опасность для пациентов, который у медицинского работника де-факто отсутствует», – комментирует Иван Печерей.

К тому же, как поясняет юрист субъектом преступления по 238 статье является собственник коммерческой организации, либо руководитель организации, оказывающей определенные услуги. Основание для такой оценки базируется на положении Закона РФ от 07:02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей», согласно которому исполнителем признается организация независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуальный предприниматель, выполняющие работы или оказывающие услуги потребителям по возмездному договору.

Таким образом, медицинский работник, который состоит в трудовых отношениях с медицинской организацией, и не выступает в деловом обороте от своего имени, поскольку не имеет лицензии на осуществление медицинской деятельности и не заключает договора возмездного оказания услуг с пациентом, не может быть привлечен к ответственности по статье 238 УК РФ.

Данное обстоятельство не исключает факта привлечения его по другим статьям УК, если в его действиях имелась неосторожность, повлекшая причинение тяжкого вреда здоровью либо смерти пациента – по ч. 2 ст. 109, и ч.2 ст. 118 УК соответственно. Эксперт предлагает внимательно вчитаться в название самой статьи – «… выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей, а равно неправомерные выдача или использование официального документа, удостоверяющего соответствие указанных товаров, работ или услуг требованиям безопасности» и ответить на вопрос – какие же требования безопасности установлены к медицинским услугам?

«Есть определение безопасности медицинской помощи, под которой понимается отсутствие недопустимого риска, связанного с возможностью нанесения ущерба («Отраслевой стандарт. Термины и определения системы стандартизации в здравоохранении»). И сразу вспоминаем и ч. 2 ст. 41 УК РФ «Обоснованный риск», по которой риск признается обоснованным, если указанная цель не могла быть достигнута не связанными с риском действиями (бездействием) и лицо, допустившее риск, предприняло достаточные меры для предотвращения вреда охраняемым уголовным законом интересам. Проще говоря, согласно данным определениям медицинская услуга (медицинская манипуляция) не должна иметь недопустимого (необоснованного риска), который может привести к возможному нанесению ущерба. Но в подавляющем большинстве случаев оказания медицинской помощи такого сознательного риска и не бывает. Проблема в том, что сама по себе медицинская помощь таит в себе риск возникновения тех или иных осложнений, заболевания могут течь непредсказуемо. И для медицинской помощи регламентов, устанавливающих критерии безопасности, к сожалению, нет», комментирует Иван Печерей.

Закон «О защите прав потребителей» устанавливает, что безопасность услуги подразумевает собой безопасность, услуги для жизни, здоровья, имущества потребителя и окружающей среды при обычных условиях, а также безопасность процесса выполнения работы (оказания услуги). Но при этом требования к безопасности должны быть установлены каким-либо нормативным актом, однако в настоящее время такого акта в отношении медицинских услуг нет. «Это позволяет сделать вывод, что применение данной статьи к оказанию медицинских услуг невозможно из-за отсутствия соответствующих критериев безопасности их предоставления, установленных законодательно», – поясняет эксперт.

Таким образом, по экспертной оценке, 238 статья не может применяться к медицинским работникам. Но она применяется.

И есть опасения, что будет применяться и далее. Для органов следствия статья достаточно «удобна», так как дает широкий простор для правоприменения. Кроме того, все большее распространение этой статьи может быть связано с волокитой на этапе следствия, приводящей к истечению сроков давности по ч. 2 ст. 109 УК РФ. Пропустив сроки, когда можно завершить расследование, следователи могут ужесточать обвинение, заменяя его на более тяжкое и с большим сроком давности, попутно решая задачи по выполнению плана по раскрытию тяжких преступлений.

Эксперты полагают, что это опасная тенденция, которая негативно скажется на всей системе здравоохранения. Врачебной сообщество считает, что такая правоприменительная практика вынудит докторов действовать осторожнее – раз побочные эффекты могут привести к уголовному делу, то врачи будут проводить более консервативное, менее действенное, но и менее рискованное лечение.

В то же время юристы уверенны, что, с учетом того, что медицинские работники могут привлекать к своей защите адвоката, начиная с этапа доследственной проверки, то если удастся вмешаться в расследование подобного рода дела до того, как его передадут в суд, шанс развалить подобное обвинение достаточно высок. В том, числе, например, за счет переквалификации 238 статьи, содержащей состав тяжкого преступления на статью 109-ю ч. 2 – с составом преступлений небольшой тяжести.

Так, например, необходимо доказать, что в действиях врача отсутствует как прямой, так и косвенный умысел. Доказать то, что врач не желал наступления таких последствий, сознательно не допускал из наступления, а напротив — хотел оказать помощь больному. В этом случае, даже, если в действиях врача имеются недостатки диагностики и лечения, приведшие к неблагоприятным последствиям, то при отсутствии прямого или косвенного умысла действия врача подлежат квалификации по ст. 109 ч. 2, а не по 238.

Такая правовая позиция, на которую можно ссылаться, содержится в Информационном письме Генеральной прокуратуры РФ «Об организации надзора за расследованием фактов ненадлежащего исполнения врачами обязанностей, повлекших смерть пациентов, либо причинение вреда их здоровью» от 16:06 2016 (приложение к письму).

Также аргументом в пользу снятия обвинения по 238 статье может стать то, что объектом преступлений, предусмотренных статьей 109-ой является жизнь и здоровье конкретного человека, а статья 238 предусматривает, что объектом посягательств являются правоотношения, обеспечивающие охрану жизни и здоровья населения, т.е. неопределенного круга лиц, что практически невозможно вменить в вину конкретному доктору, который имеет дело с конкретным пациентом.

И конечно, при защите необходимо учесть, что не все нормативный акты Минздрава России или других уполномоченных государственных органов содержат положения, которые обеспечивают безопасность медицинских услуг, поэтому нельзя обвинять врача в нарушении требований безопасности при оказании медицинской услуги, если нет четко сформулированного требования к ее безопасности.

Вместе с тем, юрисконсульт Национальной медицинской палаты Лилия Айдарова считает, что основная проблема, которая позволяет следственным и судебным органам применять в отношении медицинских работников 238 статью УК, заключается в том, что базовым для сферы здравоохранения Федеральным законом №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан» предусмотрено разделение понятий «медицинская помощь» и «медицинская услуга».

В соответствии со статьей 2 данного закона, медицинская помощь – это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг, а медицинская услуга — медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение.

«Чтобы было понятнее, почему субъектом преступления по статье 238 УК РФ зачастую становится непосредственно врач, приведем определение термина «медицинское вмешательство», также предусмотренное статьей 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан», входящее в определение медицинской услуги. Так вот, согласно закону медицинское вмешательство – это выполняемые медицинским работником и иным работником, имеющим право на осуществление медицинской деятельности, по отношению к пациенту, затрагивающие физическое или психическое состояние человека и имеющие профилактическую, исследовательскую, диагностическую, лечебную, реабилитационную направленность виды медицинских обследований и (или) медицинских манипуляций, а также искусственное прерывание беременности. До тех пор, пока в российском законодательстве деятельность врача будет делиться на медицинскую помощь и медицинскую услугу, адвокатам и их подзащитным придется искать коллизии для переквалификации 238 статьи УК РФ на.109 статью УК РФ, искать иные пути, чтобы оградить медицинского работника и медицинскую организацию от применения закона «О защите прав потребителей», — отмечает Лилия Айдарова.

Материал подготовлен информационной службой Национальной медицинской палаты.

Смерть по неосторожности ук рф врач

Разъясняет начальник уголовно-судебного управления прокуратуры г.Москвы Маргарита Сандровна Ерицян

Врачебная ответственность основана на особенностях врачебной деятельности: взаимном доверии пациента и врача. Это породило много толков о том, что медики вообще не должны привлекаться к ответственности за неблагоприятные исходы лечения, в том числе, связанные с различными профессиональными упущениями. Сторонники этого мнения считали, что главным судьей в неудачах и ошибках врачей должна быть их совесть. В прошлом такое представление иногда приводило к тяжелым драмам, вплоть до самоубийства врачей. Например, ученик Н.И. Пирогова профессор С.П. Коломнин.

Однако мнение о том, что врачи не подлежат юридической ответственности за любые недостатки в своей работе, по существу неправильно и отвергнуто законодательством. Деятельность врача, как и любого другого специалиста, регламентируется правовыми нормами. С определенной долей условности, действия врача, вызвавшие неблагоприятные последствия для лица, обратившегося за медицинской помощью, можно подразделить на три группы:

  • несчастные случаи;
  • врачебные ошибки;
  • наказуемые в уголовном порядке упущения (профессиональные преступления).

Основанием юридической ответственности медицинских учреждений и работников является правонарушение, выражающееся в неисполнении, ненадлежащем исполнении своих обязанностей по профилактике, диагностике, лечению заболеваний лиц, обратившихся за медицинской помощью (пациентов).

На основании проведенного обобщения экспертной и клинической практики, с учетом приведенных в медицинской литературе современных сведений по рассматриваемой проблеме профессором Ю.Д. Сергеевым был составлен примерный перечень обстоятельств, которые могут повлечь объективно ненадлежащую медицинскую помощь :

  1. Недостаточность, ограниченность медицинских познаний в вопросах диагностики, лечения и профилактики некоторых заболеваний и осложнений (неполнота сведений в медицинской науке о механизмах патологического процесса; отсутствие патогномоничных признаков заболевания; четких критериев раннего распознания и прогнозирования таких болезней).
  2. Несовершенство отдельных инструментальных медицинских методов диагностики и лечения.
  3. Чрезвычайная атипичность, редкость или злокачественность данного заболевания и его осложнения.
  4. Несоответствие между действительным объемом прав и обязанностей данного медицинского работника и производством требуемых действий по диагностике и лечению.
  5. Недостаточные условия для оказания надлежащей медицинской помощи пациенту с данным заболеванием (повреждением) в условиях конкретного лечебно-профилактического учреждения (уровень оснащенности диагностической и лечебной аппаратурой и оборудованием).
  6. Исключительность индивидуальных особенностей организма пациента.
  7. Ненадлежащие действия самого пациента, его родственников, других лиц (позднее обращение за медицинской помощью; отказ от госпитализации; уклонение, противодействие при осуществлении лечебно-диагностического процесса, нарушение режима лечения и реабилитации).
  8. Особенности психофизиологического состояния медицинского работника (болезнь, крайняя степень переутомления).

Перечисленные обстоятельства в различных медицинских инцидентах могут играть ведущую, основную роль в наступлении негативных последствий. Вместе с тем, они могут выступать и в качестве условий, своеобразного фона, на котором осуществляются ненадлежащие действия медицинских работников, обусловленные причинами субъективного характера.

В правоотношениях, связанных с заключением договоров медицинского страхования, также предусмотрена ответственность за неоказание или ненадлежащее оказание медицинской помощи застрахованным лицам. Так, приказом ФФОМС от 11.10.2002 № 48 предусмотрен классификатор нарушений в оказании медицинской помощи, которые служат поводом для обращения в суд за защитой.

Такими нарушениями, в частности, являются:

  1. Необоснованный отказ от оказания медицинской помощи;
  2. Неоказание медицинской помощи, повлекшие за собой причинение вреда здоровью либо смерть застрахованного;
  3. Некачественное оказание медицинской помощи, повлекшее неблагоприятные последствия для застрахованного и др.

Таким образом, по общему правилу, отказ врача (медицинского учреждения) от оказания медицинской помощи больному не допускается.

Так, врач-педиатр одной из столичных детских поликлиник Муртузалиева 26 июля 2012 г., находясь на рабочем месте, получила вызов на дом к больному недоношенному и входящему в группу риска ребенку Б., 30 июня 2012 года рождения. Однако врач, в нарушение установленных стандартов оказания медицинской помощи детскому населению и свой должностной инструкции, относясь небрежно к исполнению своих служебных обязанностей, без каких-либо объективных причин, не предвидя возможности наступления неблагоприятных последствий для грудного ребенка в случае непосещения его в день поступления вызова, тогда как должна была и могла это предвидеть, по указанному вызову к Б. не прибыла. При этом Муртузалиева руководство поликлиники в известность не поставила, мер по своевременному диагностированию заболевания, квалифицированному лечению, оказанию экстренной медицинской помощи и направлению его на госпитализацию не приняла.

В связи с неисполнением Муртузалиевой своих профессиональных обязанностей 27 июля 2012 г. мальчик скончался от бактериально-вирусной инфекции с поражением внутренних органов, осложнившейся обезвоживанием, диагностировать которое было возможно при своевременно и правильно оказанной медицинской помощи на этапе стационара и педиатрическом участке. Кроме того, согласно заключению эксперта имеется прямая причинная связь между недостатками оказания медицинской помощи на педиатрическом участке и развитием заболевания, приведшего к смерти Б.. А при регулярном наблюдении данного ребенка, состоявшего в группе риска, своевременной его госпитализации возможно было предотвратить его смерть.

Приговором Симоновского районного суда г. Москвы от 31 октября 2013 г. Муртузалиева признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ. Ее деяние квалифицировано как причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей, и ей назначено наказание, с учетом наличия смягчающих обстоятельств, данных о личности (преступление совершено ею впервые, оно относится к категории небольшой тяжести и совершено по неосторожности, имеются положительные характеристики ее личности по месту работы и жительства, чистосердечное признание и раскаяние Муртузалиевой в содеянном, наличие у нее на иждивении малолетнего ребенка), в виде 2 лет ограничения свободы с лишением права занимать врачебные должности в системе здравоохранения на 3 года.

Если же главным в наступлении тяжелых для больного последствий является ненадлежащее оказание помощи, выражающееся в запоздалом (несвоевременном), недостаточном, неправильном (неадекватном) ее предоставлении, обусловленном причинами субъективного порядка, то это, безусловно, имеет правовое значение для возникновения основания уголовной ответственности.

Следует отметить, что действия медицинского работника будут неправильными в том случае, если он не выполнил какие-то обязательные, известные в медицине, требования (при переливании крови не определил групповую и резус-принадлежность крови донора и реципиента, необоснованно превысил дозировку лекарственного вещества или нарушил требования относительно способов его введения, без достаточных оснований допустил существенные отступления от схемы или принципов лечения определенной; болезни и т.п.).

При оценке правильности тех или иных действий необходимо иметь в виду, что может существовать несколько методов лечения болезни и врач в таких случаях имеет право выбора исходя из своего опыта, знаний, обеспеченности лекарственными средствами и других обстоятельств. Если из нескольких равноценных методов лечения болезни, принятых в современной медицине, врач остановился на каком-то одном, действия его являются правомерными.

Обязанности медицинских учреждений и работников корреспондируют правам пациента, поэтому можно говорить, что основанием ответственности является нарушение прав пациента. Поскольку права граждан в области охраны здоровья и, в частности, права при оказании медицинской помощи (собственно права пациента), являются достаточно разнообразными, нарушения таких прав могут носить различный характер. Ответственность медицинских работников за причинение вреда здоровью граждан может наступать в соответствии с гражданским, административным, трудовым и уголовным законодательством Российской Федерации.

Так, ст.68 Основ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан предусматривает возмещение ущерба медицинскими и фармацевтическими работниками в случае нарушения прав граждан в области охраны здоровья вследствие недобросовестного выполнения медицинским и фармацевтическим работником своих профессиональных обязанностей, повлекших причинение вреда здоровью граждан или их смерть. При этом, «…возмещение ущерба не освобождает медицинских и фармацевтических работников от привлечения их к дисциплинарной, административной или уголовной ответственности в соответствии с законодательством РФ».

Гражданская ответственность для медицинского персонала может наступить — при неосторожном причинении легкого вреда здоровью, при причинении вреда здоровью любой тяжести в условиях необходимости, при причинении вреда здоровью ненадлежащим исполнением медицинской услуги. Вред здоровью в этих случаях подлежит возмещению независимо от вины причинителя и от того, состоял ли пациент (истец) в договорных отношениях с ЛПУ (ответчиком).

Проблема уголовной ответственности медицинского персонала за профессиональные правонарушения представляет собой одну из самых сложных проблем, которые медицинская практика поставила перед правом. Объективная уголовно-правовая оценка противоправных действий медицинских работников зачастую затруднена многообразием специфики профессиональной медицинской деятельности, основное содержание которой состоит в оказании гражданам лечебной и профилактической помощи.

Так, заведующий нейрохирургическим отделением одной из клиник г.Москвы Стыров не проконтролировал своего подчиненного – врача-нейрохирурга Андрианова в ходе проведения последним 6 июня 2008 г. операции краниопластики черепа С., которым были выявлены противопоказания к ее продолжению, что требовало перенесение операции до дополнительного исследования и окончания лечения антибиотиками. Однако Андрианов операцию продолжил, при этом Стыров, будучи обязанным осуществлять контроль за работой лечащего врача и за качеством проводимого лечения, в случае необходимости корректировать его, не выяснил, как прошла операция, не установил выявленные осложнения.

В результате проведенной операции у больного началось развитие воспалительного процесса, который не был выявлен лечащим врачом. Последний, при отсутствии должного контроля со стороны Стырова, легкомысленно отнесся к своим должностным обязанностям и не принял меры к лечению. 9 июня 2008 г. компьютерная томограмма головного мозга определила у больного обширную гематому, что повлекло принятие решения об оперативном лечении. В ходе повторной операции, после удаления гематомы, лечащим врачом с согласия Стырова было принято решение о повторном установлении титанового трансплантанта, несмотря на наличие противопоказании. Это повлекло за собой проникновение патогенной флоры вглубь раны и возникновение менингита по прямому контактному пути, что послужило причиной смерти С. 16 июня 2008 г.

По данному факту было возбуждено и направлено в суд уголовное дело в отношении Стырова по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 УК РФ, а именно в совершении халатности, т.е. неисполнении и ненадлежащем исполнении должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного и небрежного отношения к службе, что повлекло существенное нарушение прав и законных интересов гражданина и охраняемых законом интересов общества и государства, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Приговором Измайловского районного суда г. Москвы от 1 ноября 2012 г. Стыров был признан виновным в совершении данного преступления и осужден к 1 году лишения свободы, условно, с испытательным сроком на 2 года, с лишением права заниматься врачебной деятельностью на 1 год.

Однако суд вышестоящий инстанции указанный приговор отменил, а уголовное дело в отношении Стырова прекратил за отсутствием в его действиях состава преступления (определение судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 27 декабря 2012 г.).

Принимая такое решение, Московский городской суд указал, что оперирующими хирургами при проведении операции каких-либо осложнений выявлено не было, о чем было доложено Стырову, а также отмечено в протоколе операции, с которым он был ознакомлен.

Каких-либо данных о наличии обязанностей Стырова присутствовать на каждой операции, проводимой в отделении нейрохирургии, в материалах дела не имеется. Согласно собранным по делу доказательствам, оснований присутствовать на операции С. 6 июня 2008 г. у Стырова не было. Дежурный врач не сообщил ему о возникших послеоперационных осложнениях у потерпевшего и применил лечение, которое привело к прогрессу появившихся у больного осложнений. При этом, согласно показаниям свидетелей, Стыров всегда требовал, чтобы врачи отчитывались за каждого пациента.

Таким образом, все имеющиеся сомнения в виновности Стырова в совершении халатности Московский городской суд истолковал в его пользу, прекратив дело в связи с отсутствием состава преступления.

Вместе с тем к объективной стороне преступления, связанного с халатностью, относятся производимые с соблюдением современных требований медицинской науки и практики, предписаний закона, других специальных нормативных актов, а также принципов медицинской этики и деонтологии действия, направленные на сохранение жизни, улучшение здоровья и трудоспособности граждан, предупреждение заболеваемости. Кроме того, к профессиональной медицинской деятельности относится и ряд действий, ставящих целью выполнение определенных социальных, научных, процессуальных и иных необходимых или полезных общественных потребностей (например, косметические операции, медицинский аборт, искусственное оплодотворение, проведение некоторых видов медицинского эксперимента на человеке, производство судебно-медицинского освидетельствования, и др.).

Среди всех преступных действий медицинских работников халатность при оказании медицинской помощи юристы рассматривают как преступление по неосторожности, остальные относят к умышленным профессиональным преступлениям.

Формы халатности в действиях врачей могут быть различными. С юридической точки зрения их 2 вида:

1) самонадеянность, когда врач предвидел возможность серьезных последствий для больного от своих действий или бездействия, но не придал этому значение или легкомысленно рассчитывал предотвратить их.

2) халатность, выражающаяся в упущении или бездействии, когда медицинский работник не предвидел неблагоприятных последствий своих поступков, хотя должен был и мог предвидеть их.

Самонадеянность (легкомыслие) и небрежность медицинских работников в ряде случаев могут объясняться или сочетаться с элементарной профессиональной неграмотностью. Такие лица особенно опасны, поскольку при ограниченных знаниях, крайне низкой квалификации обычно отличаются большим самомнением.

Халатное отношение к служебным обязанностям является наиболее частым поводом для привлечения медицинского персонала к уголовной ответственности.

§ 2. Причинение смерти по неосторожности

Статья 106 в прежнем Уголовном Кодексе носила название «неосторожное убийство».12 Действующий УК РФ исключил подобные виновные деяния из категории убийств и квалифицирует их как причинение вреда жизни и здоровью.

Естественно, в группе повышенного профессионального риска находятся те медицинские специалисты, которые осуществляют мероприятия, связанные с инструментальным, аппаратным прижизненным воздействием на органы и ткани больных. К преступлениям, подпадающим под действие данной статьи касательно медицинских работников, можно причислить все виновные деяния, которые можно ввести в формулу «#G0хотя и не предвидел, но должен быть предвидеть возможность наступления тяжких последствий — причинение тяжкого вреда здоровью, которые могли повлечь смерть потерпевшего, т.е. в действиях имеется неосторожная вина в смерти».13

К примеру, уже описанный случай проникающего ранения пищевода, после проведения анестезиологического пособия, если наступила смерть пациента, можно квалифицировать по ст. 109 – причинение смерти по неосторожности. Повреждение при оперативном вмешательстве сосудов, расположенных типично, что привело к смертельному кровотечению и последующей смерти пациента, также влечет за собой угрозу уголовного преследования по данной статье. Напомним, что вина медицинского работника в форме неосторожности, может содержать в себе или элементы преступной самонадеянности, что квалифицируется как легкомыслие, или небрежности. Следует отметить, что #G0обострение заболевания, имеющее прямую причинную связь с проведенными медицинскими мероприятиями, которые с необходимостью последовали и повлекли по неосторожности смерть больного, также относится к ст. 109.

К данной категории преступлений, связанных с осуществлением медицинской деятельности на профессиональной основе относится и следующий случай.

Педиатр направляет в инфекционную больницу для госпитализации ребенка с диагнозом «Дифтерия». Однако врачи инфекционной больницы с диагнозом не согласились и направили больного ребенка в более крупную больницу, но уже с диагнозом «флегмона шеи» (диагнозы приводятся не в соответствии Международной классификацией болезней 10 пересмотра). Врачам больницы, оснащенной медицинским оборудованием, имеющей квалифицированный персонал, потребовалось 2 суток для уточнения диагноза, и ребенка снова направляют в инфекционную больницу, где он погибает от осложнений, вызванных основным заболеванием – дифтерией. Налицо виновные действия врачей, которые выразились в профессиональных действиях, не позволяющих своевременно поставить правильный диагноз, провести специфическую терапию, не допустить полиорганных поражений у ребенка.

Неоднократно ранее уже проводилась параллель между возможно преступной деятельностью руководящего состава медицинской организации не обеспечившей соблюдение санитарно-гигиенических и противоэпидемических условий труда персонала и лечебно-диагностического процесса.

#G0Выполнение работ или оказание услуг медицинского характера, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей медицинских услуг, которые #G0повлекли по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью либо смерть человека, наказывается #G0лишением свободы на срок до #G0шести лет с конфискацией имущества или без таковой.14#G0

В данном разделе, преступления связанные с неосторожным причинением смерти, рассматривались в основном на госпитальном отрезке времени нахождения пациента по поводу имеющегося у него заболевания. На самом деле смерть больного может наступить после амбулаторного посещения врача. При этом врач, оказывающий медицинскую помощь или отдельную медицинскую услугу, может узнать о наступившей смерти своего пациента уже после свершившегося факта. К примеру, случай из медицинской и судебной практики. Через две недели после пломбирования кариесного зуба в амбулаторных условиях у пациента развивается флегмонона, последовательно сепсис и смерть. Проведенные исследования выявили, что причиной развития сепсиса явился золотистый стафилококк. Врачи знают, что это значит. Врач поставлен перед реальной угрозой уголовной ответственности за свои действия, если не сможет доказать, что имелись нарушения в процессе стерилизации инструментария или не соблюдены условия асептики и антисептики в самой медицинской организации.

Всем известно, что в отделениях реанимации соблюдается строгий режим по ограничению посещений его посторонними лицами немедицинского персонала.

Своеобразным нестандартным образом под действие рассматриваемой статьи УК РФ могут попадать действия врачей, связанные с назначением наркотических и сильнодействующих лекарственных средств. Так, использование в комплексной терапии наркотических средств или психотропных веществ, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, охватывается диспозицией ч.3 #M12293 1 9017477 7715370 3243162341 6 2342126142 3155469769 3820609998 396586 3082073571ст.230 УК РФ#S и не требует дополнительной квалификации по уголовному закону, предусматривающему ответственность за причинение смерти по неосторожности.15 Известен случай, когда вследствие ошибки гистолога больному был поставлен диагноз рака желудка. Ему предложили операцию, прооперировали. Родственники больного были извещены о том (нарушение врачебной тайны), что при оперативном вмешательстве выяснилось, что опухоль неоперабельна. Сам больной, еще не старый человек, приготовился к близкой кончине, родственники за бесценок продали его дом и всю утварь. Онкологическому больному для купирования болевого синдрома назначили наркотические аналгетики, которые он получал дважды в день в течение двух месяцев. Волей судьбы, через некоторое время у родственников пациента зародились сильные подозрения в том, что поставленный диагноз верен. Онкобольной прошел углубленное независимое неоднократное обследование, которое подтвердило имеющиеся сомнения. Сам факт, развитие у больного наркозависимости расценивается, как тяжкий вред здоровью.12 А вот смертельный исход в результате либо необоснованно назначенного лекарственного препарата, который либо самостоятельно, либо в конкурентном взаимодействии с другими препаратами, возможный эффект которых известен, но не был учтен, характеризует действия медицинского персонала как вину в форме неосторожности. Известно, что взаимодействие лекарственных средств, лекарственная болезнь могут приводить к самым нежелательным результатам для больного. Обязанность врача не только знать обо всех побочных эффектах лекарственных средств, которые предполагается прописать больному, но и о противопоказаниях к ним, как с учетом сопутствующих заболеваний, так и назначенных других фармацевтических препаратов. Смерть пациента в результате анафилактического шока после вызванного, к примеру, введением пенициллина при условии записей в истории болезни о его переносимости, подтвержденной подписью пациента, освобождает врача от ответственности. Тоже действие, с тем же результатом, но при наличии соответствующих записей о непереносимости препаратов пенициллина, Закон расценивает, как действия, квалифицируемые ст. 109 УК РФ.

Медицинским работникам, руководителям медицинских организаций при осуществлении своей профессиональной деятельности нельзя забывать, что эта деятельность – процесс, состоящий из диагностических, лечебных, реабилитационных мероприятия. Справедливо, в него входят и транспортировка пациентов, как между отделениями, так и между лечебно-профилактическими учреждениями, оптимальность выбора сопровождения пациента младшим, средним или врачебным, или врачебным персоналом соответствующих специальностей и квалификации, наблюдение за процессом проведения назначенных процедур, режим наблюдения за пациентом, условия нахождения пациента в лечебном учреждении (низкая температура, сквозняки) и т.д. и т.п.

От того, насколько продуманны и ответственны действия медицинского персонала за всем комплексом не только лечебного процесса, но и, если сказать, сопутствующих ему организационных, режимных, санитарно-гигиенических и других условий, зависят не только количество нежелательных исходов заболеваний, но и профессиональное и чисто человеческое спокойствие персонала.

Под иными тяжкими последствиями, о которых говорится в ч.3 #M12293 0 9017477 7715370 3243162341 6 2342126142 3155469769 3820609998 396586 3082073571ст.230 УК РФ#S, следует понимать самоубийство или покушение на самоубийство потерпевшего, развитие у него наркотической зависимости, тяжелое заболевание, связанное с потреблением наркотических средств или психотропных веществ, заражение ВИЧ-инфекцией и т.п.

Смерть по неосторожности ук рф врач

Два года за плод

Следственный комитет раскрыл содержание новой статьи Уголовного кодекса, которая вводит уголовную ответственность за ятрогенные, то есть связанные с врачебными ошибками, преступления. Ранее СКР предложил ввести новую статью в Уголовный кодекс — ст. 124.1 «Ненадлежащее оказание медицинской помощи (медицинской услуги)» и ст. 124.2 «Сокрытие нарушения оказания медицинской помощи».

Презентацию своих предложений ведомство провело на конференции «Национальной медицинской палаты», посвященной проблеме уголовного преследования врачей.

Ст. 124.1 предполагает уголовную ответственность за «ненадлежащее оказание медицинской помощи или услуги», если это повлекло за собой смерть человека или двух и более лиц либо «гибель плода человека и/или причинение тяжкого вреда здоровью человека». Под плодом человека понимается «внутриутробно развивающийся человеческий организм с девяти недель до рождения». Наказание — штраф от 200 тыс. до 500 тыс. руб. либо лишение свободы на срок от двух до семи лет и запрет занимать определенные должности.

Ст. 124.2 предусматривает уголовную ответственность за внесение недостоверных сведений в медицинскую документацию, ее сокрытие либо уничтожение, а также за «подмену биологических материалов с целью сокрытия ненадлежащего оказания медпомощи другим медицинским работником», действия которого повлекли смерть, причинение тяжкого вреда здоровью либо гибель плода.

Наказания за те же деяния, совершенные руководителями медицинских организаций, — принудительные работы или лишение свободы на срок до четырех лет и запрет на занятие деятельностью.

Отказ от трех статей

После того как медицинские преступления будут сконцентрированы в одной статье УК, врачей больше не будут судить по ст. 109, 118 и 238 УК РФ («Причинение смерти по неосторожности», «Причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности» и «Производство, хранение, перевозка либо сбыт товаров и продукции, выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности»), рассказал президент Национальной медицинской палаты Леонид Рошаль. ​Именно на эти три статьи приходится большинство случаев привлечения медиков к уголовной ответственности. «И потому придумано ввести вместо трех одну статью. Но я полагаю, что судить врачей, с тем чтобы их посадить, можно только в случае умышленного, подчеркну, умышленного вреда здоровью», — сказал Рошаль.

СКР не может не реагировать на жалобы граждан на врачей и медицинскую помощь, заметила в ответ и.о. руководителя управления взаимодействия со СМИ комитета Светлана Петренко. За последние пять лет таких обращений стало в три раза больше — их количество выросло с двух до шести тысяч, рассказала она. «В каждом конкретном случае мы организовываем проверку. Далеко не по каждому такому случаю возбуждается уголовное дело, а из всего объема уголовных дел в суд уходит только 10%. То есть в 90% случаев уголовные дела против врачей прекращаются», — отметила она.

Против отдельной статьи для медицинских работников на конференции выступил медицинский юрист Иван Печерей. «Получается, что каждый врач, выходя на работу каждый день, осуществляя свои профессиональные обязанности, фактически оказывается потенциальным преступником, а его профессиональная деятельность рассматривается как сфера преступления», — сказал он.

В 2017 году в суд было направлено 175 уголовных дел, связанных с врачебными ошибками, следует из презентации СКР, представленной на конференции. Это на 11 больше, чем в 2016 году. Количество жалоб на медицинскую помощь в СКР в 2017 году составило 6050. Это на 1100 больше, чем годом ранее. В 2012 году их было только 2100.

Большинство осужденных в 2017 году врачей (74,7%) обвинялись в причинении смерти по неосторожности (ст.109 УК). В оказании услуг, не отвечающим требованиям безопасности (ст. 238 УК), — 10,9%. Еще 6,3% подозревались в причинении тяжкого вреда по неосторожности (ст. 118 УК). Оставшиеся проходили по статьям о халатности и неоказании помощи больному.

У врачебного сообщества с СКР остаются разногласия в отношении предложенной статьи Уголовного кодекса, отметил Леонид Рошаль. В статье не указано, какие именно нарушения профессиональных обязанностей врача будут трактоваться как причина нанесения тяжкого вреда здоровью или смерти пациента. Ее формулировка оставляет возможности для очень широкого трактования.

По словам Рошаля, медицинскому сообществу также не нравится появление в этой статье термина «плод». «Если мы оставим статью в таком виде, в котором она предлагается сейчас, из профессии уйдут врачи-акушеры», — сказал он.

Следственный комитет не будет привлекать медицинских работников к уголовной ответственности за врачебные ошибки, несколько раз заявил в ходе конференции замруководителя главного управления криминалистики СКР Анатолий Сазонов.

«Мы привлекаем к уголовной ответственности медицинских работников, которые допустили грубейшие нарушения стандартов и протоколов лечения, — пояснил он. ​— Что касается термина «плод человека», то мы готовы с медицинским сообществом это обсуждать и приходить к консенсусу», — заявил Сазонов. Отдельно он отметил, что СКР отказался от «усиленно навязываемых предложений» о привлечении врачей к уголовной ответственности за причинение легкого и среднего вреда здоровью. Сазонов не раскрыл, кто навязывал СКР такие нормы.

Леонид Рошаль отметил, что все изменения в УК, обсуждаемые со Следственным комитетом, пока далеки от финального варианта. Работу с СКР врач назвал конструктивной. При этом Национальная медицинская палата продолжит настаивать на том, что решать, может ли врач заниматься профессиональной деятельностью, должен не суд, а «профессиональное врачебное объединение, как это происходит в других странах», резюмировал Рошаль.

Дело Мисюриной

Дискуссия о необходимости изменить статьи об уголовной ответственности за ятрогенные преступления обострилась после резонансного дела ​врача-гематолога Елены Мисюриной. В 2013 году она провела забор костного мозга у пациента с несколькими сложными диагнозами, в том числе с онкологическим. Вскоре после процедуры пациент скончался. По версии следствия, причиной смерти мужчины стала врачебная ошибка: Мисюрина якобы могла проколоть сосуд иглой и вызвать у пациента внутреннее кровотечение.

В январе 2018 года Мисюрину приговорили к двум годам колонии: суд признал ее виновной во врачебной ошибке, повлекшей смерть пациента. Приговор суда вызвал резкую критику со стороны медиков. После выступлений в защиту Мисюриной главврачей столичных больниц и ведущих медиков к критике приговора также присоединились московские власти в лице мэра Сергея Собянина и его заместителя Леонида Печатникова, а также еще ряд федеральных политиков. В апреле Московский городской суд отменил приговор в отношении Мисюриной и вернул дело в прокуратуру для устранения процессуальных нарушений.

Популярное:

  • 2 ст 109 ук рф Причинение смерти по неосторожности. Комментарии адвоката по уголовным делам Среди преступлений, которые касаются посягательства на жизнь человека, особое место занимает причинение смерти […]
  • Устав ооо с 01092014 образец Библиотека №118 Скачать бланки, заявления, образцы Menu and widgets Свежие записи Свежие комментарии Устав ооо с изменениями от 01.09.2014 образец На нашем ресурсе вы можете ознакомиться […]
  • Федеральный бюджет на 2018 год материнский капитал ЧТО ВАЖНО ЗНАТЬ О НОВОМ ЗАКОНОПРОЕКТЕ О ПЕНСИЯХ Подписка на новости Письмо для подтверждения подписки отправлено на указанный вами e-mail. 07 декабря 2017 Президент РФ Владимир Путин […]
  • Как проехать перекресток в трамваем Как проехать перекресток в трамваем Владимир3 апреля 2018 Объяснение к рис.112,113 неверно. П.14.6 ПДД не делает разницы между посадкой с посадочной площадки или с проезжей части. […]
  • Банки братска проценты вклады Вклады в банках Братска Выгодные вклады в банках Братска - максимальные проценты по банковским депозитам физических лиц, подбор по процентным ставкам в рублях и валюте (долларах США и […]
  • Ск рф по республике марий эл СУ СК РФ по Марий Эл Информация Описание: Информация о деятельности следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Республике Марий Эл Адрес: 424004, Республика […]